Фронтовые дороги Урунбая Марупова
![](https://static.zarnews.uz/crop/0/b/720__80_0b4858e1f1b8a70503c37f650383d9f5.jpg?img=self&v=1683192656)
Перед нами две фотографии, на которых изображен один и тот же человек, хотя в это и трудно поверить. И немудрено, ведь между съемками прошли десятилетия. С годами мы все меняемся, появляются морщины, седеет голова, приходит старость и, вспоминая прожитые годы, каждый из нас оценивает их по-своему. Одни, если была б такая возможность, полностью изменили бы ее. Другие же, сполна хлебнув выпавшие на их долю горечь потерь близких и товарищей, готовы вновь пройти весь этот жизненный путь. Одним из таких людей был Урунбай Марупов.
Урунбай рано потерял родителей и близких, но добрые люди пристроили его в детский дом. Молодая страна взяла его на свое попечение, дала образование, в ФЗУ он обучился профессии каменщика. В предвоенные годы, когда страна после гражданской поднималась на ноги, везде возводились заводы, фабрики, строились дома, справлялись новоселья, каменщики были на особом счету, а бригада Урунбая Марупова, перевыполнявшая норму в полтора раза, направлялась на особо значимые объекты. А потом случилось вероломное нападение гитлеровской Германии на Советский Союз.
Сдавая объекты, Марупов каждый раз надеялся, что это последний, теперь его точно отправят на фронт, ведь стояла осень 1942 года. Его одногодки и друзья защищали Родину, уничтожали врага, кто-то из знакомых пропал без вести, некоторые смертью храбрых пали в бою, их матерям пришли «похоронки», а он все еще находился в тылу. Каждый день после работы он шел в военкомат, и каждый раз его отправляли домой, обещая на днях прислать повестку. Но однажды он отказался уходить, заявив комиссару, что готов жить в его кабинете неделю, две и даже месяц, одним словом, пока не получит повестку.
Хоть и не сразу, но Урунбай добился того, чего хотел. Его направили под Пензу, где он пробыл не больше месяца, за это время получил первые навыки стрельбы из винтовки и рукопашного боя, а затем направление в стрелковый полк, на фронт. Первый бой у Новобережной Украины ему не забыть никогда. Колона, в которую входило и отделение сержанта Марупова, шла по дну оврага, чтобы незаметно выйти на заданную позицию. Вдруг в небе над ними, закружили немецкие самолеты, кто-то крикнул "воздух". Бойцы бросились врассыпную и залегли, одна из бомб разорвалась рядом, и Урунбая засыпало землей, а когда, сбросив бомбы и расстреляв патроны из пулемета, все юнкерсы, кроме одного, повернули назад, оказалось, что часть его однополчан осталась лежать на земле.
- Ах, ты… - выругался Урунбай. Стряхнув с себя землю, он поставил свой ПТР (противотанковое ружье) на ствол яблони, часть которой была срезана осколком бомбы, и взял на прицел возвращающийся самолет.
«Юнкерс», сделав пару кругов над группой солдат, стал пикировать. Бойцы вновь разбежались кто куда и залегли, лишь Урунбай, стиснув зубы, стоя на коленях у своей яблони, целился с ПТР во врага. Выстрел. Самолет вздрогнул, взвился в небо и пуская за собой густой шлейф дыма, накреняясь, пошел по кругу, а потом штопором устремился к земле, скрылся за деревьями и минуту спустя в лесу раздался взрыв. Неравный, короткий бой завершился победой. Командир взвода подошел к нему и, обняв, сказал: «Марупов - ты герой, скольких однополчан спас, ты заслужил орден, будешь представлен к награде».
На вторые сутки по всему полю, где окопались солдаты, стоял непрерывный стрекот пулеметов, которым вторили одиночные выстрелы винтовок, разрывы снарядов и гранат. Урунбай после сбитого самолета стал для однополчан героем: поднимая их в контратаку, он всегда шел впереди. Во время одной из атак его зацепило осколком, разорвавшийся рядом снаряд засыпал землей. Откопали Урунбая, кое-как перевязали и доставили в медсанбат, а уже оттуда в госпиталь. «Осколочные ранения головы и левой ступни» - констатировали медики и отправили лечиться в эвакогоспиталь № 1831.
После излечения Урунбай вместе с четырьмя солдатами отправился в свою часть, но им не суждено было добраться до своей части, в дороге их догнал партизан и передал приказ командира, следовать за ним. В партизанском отряде командир, которого все называли Батей, проверил их документы и разрешил следовать в приписанный им полк. Партизаны, не желая упускать воинов, имеющих опыт открытой схватки с оккупантами, стали уговаривать командира, оставить служивых в отряде, но последний не согласился, сославшись на то, что у тех есть приказ прибыть в свою часть, его невыполнение может грозить им трибуналом. Не успел Урунбай с друзьями пройти и километр, как их опять догнал тот же партизан и попросил вернуться в лагерь. Так судьба распорядилась, что они стали бойцами партизанского отряда имени А. Невского, который действовал на Владимир - Волынском направлении. Громя врага и постоянно меняя место дислокации, партизанский отряд вошел на территорию Польши. Несмотря на большое расстояние, отделявшее отряд от родной земли, партизаны постоянно получали с «Большой земли» поддержку в виде боеприпасов и продовольствия.
После пополнения запасов партизаны вновь подрывали мосты, пускали под откос поезда, уничтожали склады и живую силу противника. Однажды у польского городка Ныса отряд попал в окружение. Урунбай, получил контузию, а когда пришел в себя, понял, что отстал. Не зная, где ребята и что с отрядом, он принял решение уходить в лес. Там ему посчастливилось встретить дядю Ваню. Не имея возможности определить точное направление, где должна была находиться их очередная база, они долго плутали.
Где-то неделю спустя они набрели на лесника, который сказал, что в деревне немцы, а в доме на окраине находятся девять фашистов. Обговорив все возможности, они приняли решение внезапно и без шума убрать немцев. И вот Урумбай с гранатой в руке и криком: «Хенде хох, гитлер капут», решительно врывается в хату. Неожиданность и напор сделали свое дело: захваченные врасплох, немцы подняли руки и застыли на месте. У. Марупов знаками объяснил им, чтобы выходили по одному. Стоявший за дверями дядя Ваня встречал выходящих из дома фрицев ударом приклада по голове и тут же оттаскивал за дверь. Взяв их оружие и припасы, они углубились в лес.
Еще не раз они совершали дерзкие налеты и устраивали засады, уничтожая на проселочных тропинках небольшие группы фашистов. В одной из подобных операций от шальной пули погиб дядя Ваня. Урунбай, оставшись один и не ориентируясь в незнакомой местности, дошел до границы Австрии. В дороге не раз, чтобы пополнить запасы продовольствия и боеприпасов, ему приходилось сидеть в засаде. Однажды он чуть не попал в плен. А дело было так. Задумавшись, он шел по дороге. Бессонная ночь притупила внимание, и он не заметил, как его нагнала повозка, которой управлял фашист. Он навел на Урунбая автомат, обезоружил и посадил его за вожжи. Проехали около двухсот метров, мысли партизана работали лихорадочно, он думал о побеге. И вот, улучив момент, он набросил вожжи на шею фашиста, задушил его и быстро свернул в сторону леса. Уже спустя два часа он случайно набрел на своих. Для уточнения «легенды» Урунбая отвели к командиру, им оказался командующий 24 гвардейским десантным полком, генерал Петрушин, с этим полком наш земляк дошел до Берлина.
За боевые заслуги Урунбай Марупов был награжден «Орденом славы», медалями «За отвагу» и «За взятие Берлина».
После победы он не сразу демобилизовался, продолжая добивать разрозненные группы фашистов, которые не сложили оружия. И только в 1948 году он вернулся в родной Самарканд. Вернулся к своей прежней профессии каменщика. Проживал в самаркандском колхозе «Москва», где вместе с женой Мутабар воспитали пятерых детей. Память о нем и сейчас живет в сердцах его детей, внуков и односельчан…
Рафаэль ХУСНУТДИНОВ.