Язык на развилке, или Между мемом и словом
Вы не замечали, что публичная речь (и не только) стала какой-то плоской? Она отнюдь не бедна словарным запасом, наоборот, часто изобилует множеством новых слов типа «кейс», «хайп», «абьюзер» и так далее. Речь обеднела оттенками и глубиной метафор. И это чувство трудно списать на обычную ностальгию по «старой грамотности», потому что данное явление совпадает с тем, что фиксируют исследователи, наблюдающие, как цифровая среда перестраивает само устройство коммуникации.
В заметке российского Интернет-канала «Наука» о влиянии соцсетей на русский язык приводится выразительная «формула»: возникла так называемая «разговорная машинопись» - привычка писать так, как говорят, без сложной письменной синтаксической архитектуры, с короткими, «плотными» фразами и с заметным сокращением традиционных конструкций. По словам доктора филологических наук Г. Мандриковой из Новосибирского государственного технического университета, эта формула – показатель диагноза среды, в которой письмо больше не стремится быть письмом, а становится быстрым жестом.
«Лайки» и «хэштеги» из онлайн-общения незаметно переходят в офлайн, обозначая одобрение и смысловое выделение ключевой мысли. «В угоду скорости передачи информации мы часто наблюдаем в соцсетях намеренное сокращение или искажение вроде «щас» (сейчас), «ок» (хорошо) и «пжл» (пожалуйста), «имхо» (по моему мнению). В целом, сегодня писать безграмотно не стыдно, пользователи так и говорят: «ИМХО здесь можно! Зона, свободная от правил, я так только в сети пишу». Но, к сожалению, это формирует привычку и переходит в язык» - говорит smm-эксперт НГТУ НЭТИ Анастасия Паршина.
Сегодня скорость - главный редактор цифровой речи. Там, где раньше чувство разворачивалось через ритм фразы, уточнение, метафору, теперь все чаще побеждает «мгновенная маркировка» с помощью эмодзи, стикера, мема. И здесь появляется парадокс: эмоций как будто «много», но они становятся усредненными, штампованными и потому, безусловно, плоскими.
Узбекский сегмент исследований описывает очень близкую картину, но на материале другой языковой системы. В статье Linguistic Features of Internet Texting in Uzbek Language («Лингвистические особенности интернет-переписки в узбекском языке») исследователи Узбекского государственного университета иностранных языков А. Абдуллаева и З. Тухтахходжаева прямо перечисляют типичные механизмы цифровой речи: аббревиатуры, сленг, код-свитчинг (переключение между узбекским, русским и английским), визуальные элементы вроде эмодзи. Ими отдельно обсуждается напряжение между сохранением языка и неизбежным изменением под влиянием соцсетей. И здесь важно отметить, что речь не о единичных модных словечках, а о формировании целого набора норм, которые пока не закреплены в учебниках, но уже закрепляются практикой и входят в обиход публичных персон.
Язык - это не только средство общения, но и основной инструмент мышления. Мы думаем так, как умеем говорить. Ребенок или взрослый, который не может выразить свое состояние нормальными словами, не перестает чувствовать, но он перестает понимать, что именно чувствует. Грусть, тревога, одиночество, разочарование сливаются в одно неопределенное «плохо». Радость, восторг, благодарность - в общее «класс», «круто», «респект». Эмодзи обозначает эмоцию, но не раскрывает ее. Мем дает узнавание, вызывает улыбку (причем все реже), но не требует осмысления.
Вербальная метафора же, в отличие от эмодзи, требует умственных усилий. Она заставляет искать сходство, строить внутренний мост между ощущением и образом, подбирать слова. Это всегда работа мысли. Когда метафора исчезает из повседневной речи, человек мыслит короче. Здесь как раз и появляется ощущение «плоскости», о котором все чаще говорят люди культуры, педагоги. И это не страх перед новым, а интуитивное понимание того, что вместе с сокращением речи уменьшается и способность мыслить.
История культуры показывает, что каждый технологический скачок вызывал опасения за язык. Так было с появлением печати, газет, радио, кино, телевидения. Но нынешняя ситуация принципиально иная. Социальные сети - «Инстаграм», «ТикТок», «Фейсбук», шортсы на YouTube - изменили не только темп мышления, но и способность анализировать, воспринимать печатные тексты. И как часто наблюдаешь, когда раздраженный человек, живущий преимущественно в режиме клипового восприятия, часто не умеет осознать, выразить словами свое состояние, не умеет его переработать, а потому нередко выплескивает негатив матерной бранью и даже кулаками.
Хочется верить, что слово печатное и слово само по себе еще не проиграли, а только взяли паузу, стоя на развилке. С одной стороны, мы видим удобный, быстрый визуальный код, идеально подходящий для мгновенной реакции. С другой - медленная речь, требующая усилий, но дающая глубину и точность. И будущее языка зависит не от технологий, а от того, какой тип речи мы все-таки оставим базовой нормой мышления - мемографический или академический.
Анастасия ПАВЛЕНКО.
