Пока живёшь - надейся: настенная философия Рафаэля Хуснутдинова
Есть на одной из улочек в Самарканде стена, которая не похожа на другие. Она молча разговаривает с прохожими. Кирпичи с грубой штукатуркой, а на ней – рисунки, портреты классиков и десятки надписей. Здесь соседствуют Навои и Булгаков, народные пословицы и житейские мудрости, наставления и юмор. Все это - мир Рафаэля Султановича Хуснутдинова, человека, решившего общаться с городом, его жителями и многочисленными гостями через своеобразные граффити.
Записей на стене пожарной части много. Каждая из них очень тепло отзывается в душе того, кто ее читает. Много раз слышала от знакомых, что они специально приходят на улицу Фирдоуси, чтобы успокоиться или вдохновиться, водят сюда друзей и знакомых. Эта стена, с ее наивной палитрой и почти школьной манерой письма, не производит впечатления художественного проекта. Может, поэтому она воздействует сильнее? А может, потому, что это не просто фразы, а строки из биографии самого Рафаэля Султановича, которому на днях исполнится 85?
В беседе он несколько раз подчеркивает, что «ничего героического» в его судьбе нет, хотя, когда слушаешь его речь, которую он то и дело прерывает на «пейте чай с настоящим медом» и «угощайтесь», понимаешь, что за каждым будто второпях описанным фактом – много всего, о чем не поведаешь.
«Работаешь - найдешь деньги,
ищешь невесту - найдешь девушку,
будешь хорошим - найдешь друга,
но родителей вторых не найдешь».
«Отец, Султан Насимович Хуснутдинов, всю жизнь проработал в системе статистики. Мать звали Мастура, официально она почти не работала - отец не разрешал, ревновал, но подрабатывала мелкой торговлей тканями и бытовыми мелочами. Семья оказалась в Средней Азии не по доброй воле: корни шли из Ульяновской области, где в 1930-е годы родственников матери начали раскулачивать из-за религиозности (в семье все старшие братья и отец были муллы, совершавшие хадж). А тут любовь… Чтобы спасти ее и ее родных от репрессий, отец-комсомолец поспешно женился на матери, и молодая семья уехала сначала в Туркмению, а потом, в 1949 году, переехала в Самарканд. Две старшие сестры и я родились в Чарджоу, а в Самарканде потом появилась еще одна сестренка», - рассказывает Рафаэль Султанович, одновременно листая то, что осталось от бумажного архива, который переведен нынче в цифровой. Кстати, Рафаэль Султанович практически не расстается со своим планшетом, фиксируя в нем все события последних лет.
«Отец был честным, не занимался приписками, не кланялся начальству, а потому не получал высоких наград и зарплаты это «завещал» и мне», - продолжает мой собеседник, невольно поясняя свои записи на стене: «Слава в руках труда» и «Если хочешь сделать добро - поступай порядочно!»
Семья Султана Насимовича, проживая тогда на Вабкентской, естественно, не шиковала. И, вполне естественно, Рафаэль начал рано работать, едва окончив школу №21, о которой он так часто и подробно пишет в нашу газету. Сначала устроился учеником слесаря на Самаркандскую шелкоткацкую фабрику им. 26 бакинских комиссаров, а потом сам стал мастеровым. С большой теплотой вспоминал своего наставника, педантичного профессионала - Оскара Марцена. Позже о нем Рафаэль Султанович напишет статью в «Ленинский путь», назвав его увлеченным новатором, влюбленным в то, что делает.
Потом была служба в рядах Советской Армии: Новосибирск, внутренние войска, морозы минус сорок. Там, кстати, пригодился талант Хуснутдинова писать заметки в газету, который проявился еще со школы. Пока служил, стал киномехаником. Вообще Рафаэль Султанович за всю жизнь освоил десятки профессий и навыков - от мастеровых, рабочих до творческо-педагогических специальностей. Любит все делать сам: «Боишься - не делай, делаешь - не бойся!».
«Кто не ценит жизнь - тот ее не достоин» - написано на его стене судьбы. И это не просто фраза. Рафаэль Султанович вспоминает периоды, когда приходилось «начинать заново» - менять работу, круг общения, образ жизни. Были годы без стабильности и уверенности в завтрашнем дне, были тяжелые травмы, когда от боли хотелось выть, отсюда и уважение к простым человеческим вещам - времени, здоровью, труду.
Вернувшись из армии, вновь пошел на фабрику, а потом поступил на вечернее отделение филологического факультета Самаркандского государственного университета. Окунуться полностью в журналистику не захотел, хотя получалось и звали, - решил стать учителем русского языка и литературы. 25 лет преподавал «русский» в национальных классах в средней школе №98 (ныне школа №6) Самаркандского района.
«Народ тебе дал, и ты народу дай». Его «отдавать» проявлялось в обычных поступках: организации для учеников литературных вечеров и конкурсов чтецов, где дети впервые выходили к доске читать Пушкина и Есенина. Он постоянно что-то озеленял и благоустраивал вместе со школьниками. «Сегодня дети - завтра народ», - напоминает он всем и сам постоянно работал с детьми так, чтобы они выросли и были не толпой, а народом. Однажды в школьной библиотеке обнаружил стопку классиков, подготовленных к сдаче в макулатуру, и убедительно настоял, чтобы книги вернули на полки. Для него это было личной болью - потеря книги равнялась потере памяти.
«Бедный учитель - бедное государство». Эта строка у него звучит не как обвинение, а как вывод человека, побывавшего внутри профессии 25 лет и ушедшего из нее, когда поменялись политическая, экономическая и культурная формации, когда многое девальвировалось. Тем не менее фраза напрямую связана с тем отрезком жизни, который сам Рафаэль Султанович в интервью называет «самым нужным».
А вот с журналистикой Рафаэль Султанович дружен по сей день, оставаясь внештатным корреспондентом областной газеты и продолжая писать очерки. Его материалы не такие громкие и острые, но почти всегда человеческие. Он никогда не гнался за горячими темами, хотя с гордостью показывает теперь уже исторические фотоснимки Мухаммада Али, Сергея Михалкова, Риммы Казаковой и многих других знаменитостей, когда-то побывавших в Самарканде и попавших в кадр Рафаэля Султановича.
«Пока живешь – надейся!» Однажды он написал очерк о педагоге-ветеране войны по фамилии Джураев. Материал вышел без особого резонанса, но спустя время в редакцию пришло письмо от благодарной женщины из Андижана. Она неожиданно узнала в герое публикации своего сына, пропавшего без вести на войне, - сходство было поразительным. Так завязалась переписка, затем состоялась встреча, и семьи начали общаться. Общаются до сих пор. Для самого Рафаэля Султановича эта история стала доказательством того, что слово может вернуть человеку надежду и утраченные связи. «Я тогда особенно остро почувствовал цену памяти и простого внимания к судьбе другого человека», - признался он и добавил: «Это была моя самая лучшая статья».
«Не откладывайте родных людей на потом - потом их не будет». Это золотое правило Рафаэля Султановича, который более 60 лет женат на Римме Закировне, в прошлом - замечательном враче, отличнике здравоохранения Узбекской ССР. У них двое сыновей - Руслан и Марсель. Оба получили высшее образование и уехали работать за границу: один живет в Англии, другой - в США. В своих специальностях востребованы. У обоих прекрасные семьи. Несколько лет назад Рафаэль Султанович задумал вместе с супругой переехать к младшему сыну в Денвер. Красивейшее место, чудесный дом, в котором живут Марсель с Радмилой и детьми. Но, несмотря на комфортные условия, они приняли решение вернуться в Самарканд. Мой собеседник объясняет это стихами Есенина: «Я скажу не надо рая, дайте Родину мою!».
«Лучше смотреть в стену, чем в телевизор»… Пожалуй, самое ценное в разговорах с Рафаэлем Султановичем - его внутренняя честность. Он без тени кокетства признается, что в юности был «самаркандским хулиганом», что верит, скорее, в солнце и человеческий труд, чем в громкие слова и ритуалы, не склонен идеализировать людей и порой бывает резок в суждениях. Последнее, кстати, заметно по записям на стене. Но за этой прямотой всегда чувствуется глубокое сострадание и внимание к чужой судьбе, включая судьбу самого города, в котором он прожил всю жизнь. С теплотой вспоминает старые дома с деревянными ставнями, дворы и улочки своего детства, с болью отмечает безликую точечную застройку и все чаще повторяет простую фразу: «Город изменился». В этих словах нет ностальгического упрека, в них - тихое размышление человека, который видит, как вместе с улицами меняется время, и потому старается оставить после себя не памятник, а живое человеческое слово - в газете, на стене, в памяти...
Анастасия ПАВЛЕНКО.
Фото автора.
