Новые адреса наследия

Постановлением Кабинета Министров Республики Узбекистан №239 от 12 мая 2026 года внесены изменения и дополнения в Национальный перечень недвижимых объектов материального культурного наследия. В блоке по Самаркандской области появились новые позиции: археологический памятник «Кизилтепа» в махалле «Анжирзор» г. Самарканда, жилое здание в махалле «Бунедкор» по улице Гулобод, 137, «Шероз калъа» в Булунгурском районе, «Чаентепа» в Самаркандском районе и здание мечети XIX-XX веков в махалле «Бухорий».

Наибольший интерес у общественности вызвало несколько локаций – «Кизилтепа» и жилой дом на улице Гулобод. На первый взгляд, особенно необычным выглядело включение в реестр дома, датированного в постановлении 2003 годом. Однако, по данным управления культурного наследия, здание было построено еще в 1960-е годы, а в 2003 году было полностью восстановлено его собственниками.

Предоставленные редакции фотографии интерьера дома позволяют понять, почему этот объект мог быть представлен к охране. Внутри дома находится богато оформленная парадная мехмонхона – гостевой зал, выполненный в традициях самаркандско-бухарской декоративной школы. Здесь видны резьба по ганчу, расписной потолок с центральной розеткой, арочные ниши, колонны, полихромные орнаментальные панно, растительные и геометрические мотивы, деревянная нижняя обшивка стен. Все это говорит о цельном художественном ансамбле, в котором традиции народных мастеров получили продолжение уже в архитектуре второй половины ХХ века. Именно поэтому ценность объекта связана не столько с датой его восстановления, сколько с сохранением и воспроизведением уникальной школы самаркандского интерьерного искусства. Эта традиция подробно описана исследовательницей народного зодчества А. К. Писарчик в книге «Народная архитектура Самарканда XIX–XX вв. (по материалам 1938-1941 гг.)», где самаркандский дом рассматривается как особый тип городской жилой архитектуры со сложной системой парадных, бытовых и декоративно оформленных пространств.

Как пояснили в управлении, документы по данным объектам были поданы еще до пандемийных ограничений. Процедура включения в Национальный перечень довольно длительная и проходит несколько этапов обсуждений, согласований и экспертиз. Поэтому сегодняшнее появление объектов в постановлении не означает, что работа началась только сейчас: во многих случаях между первичным предложением и официальным внесением в реестр проходят годы.

Не менее интересна история с «Кизилтепа» в махалле «Анжирзор». В постановлении объект указан как археологический памятник IV-VI веков. При этом в научной литературе он позиционируется как Кизлартепа. На этом памятнике Институт археологии сначала в рамках республиканских экспедиций, а затем совместно с корейскими археологами уже не первый год проводятся исследования.

В статье младшего научного сотрудника Самаркандского института археологии А. Абдуганиева, опубликованной в 2024 году, Кизлартепа описывается как раннесредневековый памятник, где были выявлены архитектурные остатки – стены, полы, сырцовый кирпич, а также керамика и монеты. Ранее памятник трактовался как возможная летняя резиденция согдийских ихшидов, однако последние исследования позволяют рассматривать его и как возможную резиденцию таможни либо согдийского землевладельца. По данным программы научного коллоквиума Collège de France, в ходе этих работ были раскрыты остатки более чем 15 помещений, а центральным элементом планировки стало купольное сооружение.

Отмечу, что тема сохранения культурного наследия сегодня особенно актуальна для Самарканда, где наряду с уже признанными памятниками остаются объекты, значение которых только предстоит официально закрепить. В январе-марте этого года инициативная общественная группа «Сохраним Самарканд» подала в областное управление культурного наследия заявление о включении в реестр трех объектов: здания школы №40 в махалле «Ватанпарвар», железнодорожного депо конца XIX – начала XX века и опор, или быков, первого железнодорожного моста через канал Сиаб.

По первому объекту – зданию школы №40, действующей в Самарканде с начала XX века и имеющей значительную историю, – администрация школы почему-то отказалась от идеи включения его в список культурного наследия. Два других объекта – бывшее железнодорожное депо и опоры первого железнодорожного моста – уже были рассмотрены экспертной комиссией в Ташкенте. Сейчас они ожидают согласования с нынешним собственником или балансодержателем – «Мароканд обод».

Как видим, этот пример показывает, что путь к охранному статусу редко бывает быстрым. Часто он зависит не только от исторической или архитектурной ценности объекта, но и от документов, экспертиз, позиции собственника, балансовой принадлежности и готовности институций брать на себя ответственность за дальнейшее сохранение. Увы, немало объектов, ранее входивших в «охранный список», сегодня уже либо навсегда потеряны, либо перестали быть узнаваемыми, о чем мы еще расскажем на страницах газеты.

Для справки

С момента утверждения Национального перечня недвижимых объектов материального культурного наследия в 2019 году по Самаркандской области в него было включено девять новых позиций. Четыре объекта монументального искусства были добавлены в 2024 году. Это мозаичные или сграффитовые композиции XX века, в том числе панно «Ибн Сино» на пересечении улиц Рудаки и Бустонсарой, сграффито на здании Самаркандского института экономики и сервиса по улице Амира Темура, 9, на бывшем доме/винодельческом комплексе Филатова по улице Махмуда Кошгарий, 56–58, и на доме по улице Абу Райхона Беруни, 144. В 2026 году было включено еще пять археологических и архитектурных объектов.

 Ранее, по состоянию на 1 января 2023 года, в области числилось 1607 объектов материального культурного наследия.

Анастасия ПАВЛЕНКО.