Мечта, которая оборвалась в небе

Прошло почти полвека, но в Нарпае до сих пор помнят Сирожиддина Бозорова – 18-летнего футболиста, который навсегда остался в составе самой титулованной команды страны – «Пахтакор». Его жизнь и спортивная карьера только начинались, но 11 августа 1979 года все оборвалось в одно мгновение. Сирожиддин был одним из 17 футболистов «Пахтакора», погибших в авиакатастрофе над Днепродзержинском.

В доме Бозоровых Сирожиддин был одним из восьмерых детей. Родился он 1 января 1961 года в кишлаке Тортувли Нарпайского района. Отец, Ахмад Бозоров, преподавал родной язык и литературу в школе. Мама, Халима-ая, была домохозяйкой. Семья жила просто, как жили многие сельские семьи того времени: много работали, помогали друг другу и старались дать детям все самое лучшее.

С детства Сирожиддин отличался от сверстников не только любовью к футболу. Он хорошо учился, увлекался литературой, историей, музыкой, играл на рубабе, пытался освоить гитару. Любил рыбалку, теннис, путешествия. Но главным увлечением все же оставался футбол. Его заметили тренеры, и после четвертого класса он уехал в Ташкент и поступил в Республиканскую общеобразовательную школу-интернат спортивного профиля имени Г. С. Титова. Для мальчика из многодетной семьи это был огромный шаг и возможность заявить о себе. В интернате он встретил тех, кто позже стал его второй семьей.

«Мы стали как братья»

Одним из самых близких друзей Сирожиддина был его одноклассник Равшан Хакимов. Сегодня он профессор, доктор наук, специалист в области международного права. Но, вспоминая школьные годы, он снова становится тем самым мальчишкой, который вместе с друзьями гонял мяч.

- Сирожиддин был очень скромным и трудолюбивым человеком, - вспоминает Равшан Тулкунович. - Особенно уважительно он относился к старшим. К тренерам, воспитателям, поварам, учителям. Для него не имело значения, кто перед ним. Он никогда не ставил себя выше других.

В спортивном интернате ребята проводили вместе почти все время. Учились, тренировались, ездили на соревнования.

Равшан Хакимов отмечает, что Сирожиддин умел анализировать свои действия как на поле, так и вне поля. Если что-то не получалось, он очень переживал, работал над собой. Команда интерната регулярно побеждала в первенствах Ташкента и республиканских соревнованиях. Тогда в детском футболе нашей страны было немало ярких коллективов. Но команда Сирожиддина часто оказывалась сильнее соперников.

Равшан Тулкунович отмечает, что Сирожиддин практически всегда выходил в основном составе. Позже его стали привлекать к юношеской сборной Узбекской ССР. На одном из турниров союзного уровня Сирожиддин был признан лучшим игроком. Для 18-летнего парня это было только начало.

У Сирожиддина была еще одна мечта - свободно говорить по-русски. Равшан учился в русской группе, а Сирожиддин - в узбекской. Поэтому друзья придумали свой способ помогать друг другу.

- Он мне говорил: «Равшан, разговаривай со мной по-русски. Я хочу хорошо выучить язык, мне тяжело», - вспоминает Р. Хакимов. - И мы так и делали. Потом уже он мне говорил на узбекском, я ему отвечал на русском. Мы друг друга подтягивали. К 10-му классу он хорошо освоил русский язык.

Равшан Хакимов вспоминает как Сирожиддин увлекался индийскими фильмами, отращивал волосы. И как результат друзья дали ему своеобразное прозвище - Сурадж, по имени героя популярного тогда кино. И Сирожиддину оно нравилось. Была у футболиста и первая любовь, хоть и не взаимная.

  - В старших классах он влюбился в девочку, она тоже училась в интернате. Ну, кто в школе не влюблялся? - улыбается Равшан. - Он вообще был добрым, нежадным. Мог дать списать. Любил литературу, историю, песни.

Мечта о «Пахтакоре»

Для ребят того поколения «Пахтакор» был больше, чем футбольный клуб. Это была мечта, символ большого спорта, вершина, к которой стремились мальчишки со всех уголков республики. Сирожиддин тоже мечтал о ней.

После окончания спортивного интерната он был зачислен в дубль «Пахтакора». Тогда ему было 17 лет.

- Мы все мечтали играть за «Пахтакор», - рассказывает Равшан Тулкунович. - Когда его брали на сборы, он очень радовался. Мы тоже радовались за него. Он прошел очень хорошую школу у известных тренеров.

В августе 1979 года жизнь, казалось, наконец начинала складываться так, как он мечтал. Команда готовилась к выезду. Сирожиддин должен был лететь вместе с футболистами дубля. Но в Ташкент приехал его отец, который давно не видел сына. Сирожиддину сказали, что он полетит с основным составом команды.

  - Сирожиддину сказали готовиться, что он будет выступать в основном составе. Для него это было большое счастье, - отмечает Р. Хакимов. - Казалось, впереди столько всего интересного. Но самолет, на котором летел «Пахтакор», не долетел до места назначения.

Для семьи Сирожиддина – вся жизнь будто разделилась на «до» и «после».

Сирожиддин не успел сыграть за основной состав команды, не успел закончить институт физкультуры, куда, по словам его сестры, после окончания спортивной школы поступил на льготных условиях. Не успел помочь родителям, как мечтал в детстве. Не успел создать семью. Остались только воспоминания и рассказы тех, кто его любил.

«Он был нашим старшим братом»

Сестра Сирожиддина Насиба-опа младше него на семь лет.

- Нас было десять детей, двое умерли еще в младенчестве, - вспоминает она. - Сирожиддин был очень хорошим братом, и мы всегда смотрели на него с уважением. Отец был учителем, очень любил свою профессию. Сирожиддин тоже хорошо учился. В 1979 году он окончил десятый класс спортивной школы на «отлично». Для нас его успехи были особой гордостью. Вы только подумайте, обычный мальчик из села сумел попасть в спортивный интернат в Ташкенте, затем - в систему «Пахтакора».

Имя, которое не забыли

Несмотря на то, что с момента трагедии прошло 47 лет, в родном селе Сирожиддина до сих пор помнят и гордятся им. Его именем названа общеобразовательная школа №35, где установлен бюст футболиста. Каждый год проходят турниры его памяти, к бюсту и могиле возлагают цветы.

Председатель схода граждан махалли «Тортувли» Саидмурод Джабборов был его одноклассником. Они родились с разницей в год. Вместе учились, ходили друг к другу в гости. Потом дороги разошлись: Сирожиддин уехал в Ташкент, Саидмурод продолжил учебу. Но дружба осталась.

- Мы были очень близкими друзьями, много общались, - вспоминает он. - Я постоянно приходил к нему. После того как он уехал в Ташкент, я старался его навещать.

В августе 1979 года Саидмурод, собираясь в студенческий строительный отряд, заехал к Сирожиддину. Друзья попрощались и пожелали друг другу удачи. А спустя несколько дней Саидмурод, находясь в Санкт-Петербурге, узнал об авиакатастрофе.

- Мы поехали на Финляндский вокзал, должны были ехать в Петергоф. И там я услышал, что «Пахтакор» разбился, - говорит он. - Собралась толпа людей. Когда услышал имя Сирожиддина, мне стало плохо.

Есть в этой истории одна особенно горькая деталь. Саидмурод много лет собирал историю «Пахтакора». Еще с 1977 года он вел большую тетрадь, куда записывал результаты матчей, составы, авторов голов, вклеивал фотографии.

- Куда бы я ни ехал - учиться, в армию, на работу - всегда писал о «Пахтакоре», - говорит Саидмурод Джабборов. - С кем играли, когда, какой счет, кто забил. Фотографий было очень много, в том числе Сирожиддина.

В 1995 году в Нарпай приехала команда «Пахтакора», представители федерации. Они посетили дом Бозоровых, могилу Сирожиддина. В районе прошли памятные мероприятия. Председатель махалли принес свой старый альбом, чтобы показать его футболистам. С тех пор альбом затерялся.

В 2024 году в Тортувли прошло большое памятное мероприятие, посвященное Сирожиддину. В Нарпай приехали его одноклассники по спортивному интернату из разных регионов страны - из Сурхандарьи, Сырдарьи, Каракалпакстана, Ташкентской области и самого Ташкента. Равшан Хакимов был одним из организаторов этой встречи.

- Я сказал ребятам: «Нам уже 63 года. Давайте съездим к нему», - вспоминает он. - Зашли в школу, встретились с учителями, которые его учили, поговорили с родственниками. Привезли фотографии, книги, награды. Было очень тепло.

Для семьи Сирожиддина эта встреча стала особенной.

- Они рассказывали о тех сторонах его жизни, которых мы, родные, не знали, - говорит Насиба-опа. - Мы узнали много нового о его школьных годах, о друзьях, о том, каким он был среди товарищей.

Ему было всего 18

Сегодня о Сирожиддине Бозорове можно прочитать на просторах интернета: полузащитник, кандидат в мастера спорта СССР, воспитанник спортивного интерната имени Г. С. Титова, игрок дубля «Пахтакора», участник юношеских и молодежных сборных.

Но за этими строчками был мальчик из Тортувли, который хорошо учился и уважал старших, хотел помочь своей большой семье, мечтал играть за «Пахтакор», который влюблялся, смеялся, переживал из-за неудач и радовался победам. Ему было всего 18. Он не успел стать легендой футбола, но навсегда остался частью его истории!

Возможно, поэтому память о нем особенно пронзительна. Потому что, вспоминая Сирожиддина, люди говорят не только о прошлом. Они говорят о будущем, которого он так и не дождался.

Каждый год в августе в Нарпае вновь звучат его имя и фамилия. К его бюсту несут цветы. На футбольном поле играют мальчишки. И среди них обязательно есть те, кто еще не знает всей этой истории. Но однажды узнает.

Малика АБАЙДУЛИНА.