Android qurilmalar uchun Zarnews.uz mobil ilovasi. Yuklab olish x

С налогами шутки плохи

С 1 октября ставка налога на добавленную стоимость снижена с 20 до 15 процентов. Всякий экономически грамотный человек понимает, что  данное решение является в достаточной степени радикальным. Но чем вызван такой экономический «радикализм»?

При подведении итогов первого полугодия, где особое внимание было уделено ходу реализации налоговой реформы, красной нитью прошла мысль о том, что в данном направлении всё  складывается как нельзя благополучно. Так, согласно официальным данным, за указанный период доходы государства оказались выше, чем за соответствующий период прошлого года аж на 60 процентов. В распоряжении местных органов управления оставлено доселе невиданные в истории 2,8 триллионов сверхплановых доходов. Несомненно, этих резервов было вполне достаточно, чтобы безболезненно профинансировать все мероприятия, заложенные в рабочую программу "Года активных инвестиций и социального развития". Тогда что же  побудило правительство идти на принятие мер, которые, казалось бы, не соответствуют его экономическим интересам?

Только на первый взгляд принятое решение  кажется парадоксальным и вот почему. Из теории финансов известно, что эта система делится на государственные финансы, финансы субъектов предпринимательства и финансы семей. По всей вероятности, при разработке  новой налоговой концепции возобладали текущие, а не долгосрочные экономические интересы. В результате получилось где-то густо, а где-то пусто, так как денежные средства малых предприятий и семейных бюджетов, вопреки их интересам, стали перетекать в казну государства. Малые предприятия стали лишаться оборотных средств, а кошельки населения опустошаться, не дожидаясь очередной заработной платы или пенсии. Сразу же оговоримся, что причиной создавшейся ситуации послужил не один налог, а вся их совокупность. Но среди них ничем не обоснованный перенос 20-процентной ставки НДС на плечи недостаточно окрепших и не адаптировавшихся к новым условиям ведения бизнеса малых предприятий является существенным фактором.

  Исходя из вышесказанного, основными причинами внесения оперативных изменений в налоговую систему страны являлись:

- чрезмерная централизация финансовых ресурсов, которая деформировала финсистему и начала тормозить развитие экономики;

 - рост инфляции, связанный с переводом на уплату общеустановленных налогов предприятий малого бизнеса, на долю которых приходится значительная часть производства потребительских товаров;

- вытекающее из вышеназванного фактора замедление процесса создания новых рабочих мест, так как сужение объёмов производства товаров и услуг вынудило частных предпринимателей пойти на сокращение численности работников, а в некоторых случаях даже на приостановку производственной деятельности;

-  увеличение объёма импорта потребительских товаров,  связанного со значительной разницей в уровне ставок НДС, применяемых у нас и в ряде других стран СНГ (12 процентов), усиление тенденции по ухудшению показателей внешнеторговой деятельности.

Министерство финансов, в первую очередь, поспешило опубликовать данные, указывающие на возможное сокращение доходов государственного бюджета. Действительно,  его доходная часть на 2019 год на 30 процентов сформирована исключительно за счёт налога на добавленную стоимость, поэтому снижение ставки приведёт к сокращению доходов  казны.  Игнорируя наличие накопленных финансовых ресурсов, когда можно дождаться итогов года и не рубить с плеча, Минфин  продолжает  добиваться пополнения вероятных потерь госказны за счёт ввода с 1 октября повышенных ставок акцизного налога и таможенных пошлин на отдельные товары. Параллельно отменяются льготы по обложению НДС не выпускаемых в Узбекистане отдельных товаров производственного назначения, таких как комплектующие изделия для автомобилей, запасные части для сельскохозяйственной техники, асбест, подсолнух, древесина и другие. Есть ли в таком подходе хоть какая-то логика, трудно сказать, но несомненным является то, что всё это направлено на дальнейшее поощрение инфляции и торможение развития предприятий машиностроения.

 Не осуществив необходимый мониторинг и до конца не вникнув в состояние, в котором оказались малые промышленные предприятия, реформаторы предложили повысить ставку налога на прибыль юридических лиц с 12 до 15 процентов. Однако новый порядок налогообложения вкупе с оптимизацией тарифов на энергоресурсы и действующей ставкой рефинансирования Центрального банка РУз сведёт к минимуму и без того невысокий уровень рентабельности промышленных предприятий.  По всему видно, что экономические ведомства республики оказались в шоковом состоянии и всё потому, что в своё время не сумели построить прогноз  последствий предлагаемых ими же "инновационных" идей.

Кто же выиграет от снижения ставки НДС?  В первую очередь, крупные промышленные предприятия, которые все годы независимости платили НДС по ставке 20 процентов. У них появился дополнительный источник для осуществления реконструкции и технического перевооружения. Безусловно, в выигрышном положении окажутся и крупные торговые предприятия. Маловероятно, что в выигрыше окажется население, находящееся в конце цепочки плательщиков НДС и вот почему. Сейчас говорить о насыщении внутреннего рынка товарами отечественного производства, которое упирается в отсутствие координирующего торговую сферу республиканского органа управления, преждевременно. Поэтому, чтобы в этих процессах произошли положительные сдвиги, нужно определённое время.

Применение положений Новой налоговой концепции и  практические результаты от её внедрения наводят на мысль о том, что процесс совершенствования фискальной политики не терпит шаблонного подхода.  Налоги должны применяться с учётом специфических особенностей каждой отдельно взятой страны.

Взять к примеру, применение НДС по отношению к мясомолочной продукции. В России, Беларуси и Казахстане молоко и говядина производятся со стороны крупных животноводческих комплексов на индустриальной основе, а у нас эта сфера производственной деятельности является прерогативой миллионов мелких подсобных хозяйств сельчан. По этой причине Узбекистан подвергает промышленной переработке не более 5 процентов этой продукции. Производимые вне организованного сектора экономики эти виды сырья не подлежат зачёту по НДС, целиком относятся на затраты производства и включаются в оптовые цены предприятий. Поэтому не удивительно, что цены на сливочное масло, колбасу и кетчуп по сравнению с другими товарами растут более опережающими темпами. Нетрудно догадаться, что сначала нужно обеспечить концентрацию производства этих продуктов в крупных специализированных хозяйствах, а затем облагать налогами на общих основаниях. Поэтому возникает вопрос: может ли Узбекистан самостоятельно перейти на применение налога на добавленную стоимость в дифференцированном порядке? Скажем, оставить ставку НДС на алкогольную продукцию на уровне 20 процентов, а на муку и хлебобулочные изделия снизить её в два раза? Такого принципа придерживаются  правительства многих стран, так как общеизвестно, что налоги носят не только фискальный, но регулирующий и стимулирующий характер.  

Очень важно разобраться в воздействии других налогов на эффективность производственно-хозяйственной деятельности предприятий. Если по большинству их видов НДС можно принять в зачёт и по цепочке переложить на плечи следующего потребителя, этого нельзя сказать о налоге на имущество, земельном и других. По всему видно, что обратив внимание на НДС, реформаторы проявили некомплексный подход к анализу эффективности налоговой системы в целом.

Вот уже как два года не находит своего логического завершения процесс по принятию Налогового Кодекса в новой редакции. Его можно ускорить, если своими усилиями, особо не полагаясь на зарубежных экспертов, заняться поиском ответов на накопившиеся за этот период вопросы. Но главным является ответ на следующий вопрос: почему налоговая нагрузка в основном ложится на плечи промышленных предприятий, а остальные виды производственных отраслей налоговая реформа обходит стороной?

Очень скоро выяснится, что в дифференцированном подходе и коренных изменениях нуждается и порядок формирования внебюджетных фондов, в частности Пенсионного фонда. Когда в начале года вносили изменения в порядок его формирования забыли учесть, что  в организованном секторе экономики Узбекистана занят всего лишь каждый четвёртый трудоспособный житель страны, что необходимо сокращать огромный разрыв в доходах различных групп населения. Поэтому очень трудно понять причину отказа от прогрессивной шкалы налогообложения доходов физических лиц и отмены их обязательных отчислений в Пенсионный фонд. Можно приводить ещё много примеров того,  насколько бессистемным и далёким от научной обоснованности является подход к совершенствованию налоговой системы страны. Так продолжаться не должно. Ведь традиционные подходы и стереотипность мышления стали причиной возникновения различных диспропорций, что говорит об их бесперспективности в будущем.

   Вафаев И.Б.

экономист.